Армяно-российское сотрудничество: на повестке диверсификация экономическиьх связей

Сегодня в Екатеринбурге, столице Свердловской области Российской Федерации, стартует очередное заседание армяно-российской межправительственной комиссии по экономическому сотрудничеству.

Возглавляемая Премьер-министром РА, сопредседателем комиссии Тиграном Саркисяном представительная делегация Армении обсудит со своими коллегами (с российской стороны комиссию возглавляет министр транспорта РФ Игорь Левитин) внесенные в повестку дня заседания проекты 15 документов и многочисленные вопросы, связанные с развитием договорно-правовой базы на межрегиональном уровне, общей торгово-экономической ситуацией, сферами энергетики, транспорта, здравоохранения и др.

Накануне поездки глава Правительства встретился с корреспондентами представленных в Армении русскоязычных СМИ, чтобы ответить на их вопросы, относительно предстоящего заседания и, в целом, рассказать о нынешнем состоянии армяно-российского экономического взаимодействия.

— Господин премьер-министр, позвольте поблагодарить Вас за приглашение и возможность задать Вам вопросы. Естественно, мы хотели Вас спросить, какова Ваша оценка нынешнего состояния армяно-российского экономического сотрудничества?

— Прежде всего, я бы хотел отметить, что экономики двух стран прошли серьезное испытание мировым кризисом, и это был экзамен на прочность. С одной стороны, это экзамен на прочность, в плане того, как подготовлены экономики наших стран переносить такие шоки. С другой стороны, для тех связей, которые сложились между экономиками двух стран, это тоже был определенный шок, и мы выявили для себя слабые и сильные стороны.

С этой точки зрения, необходимо отметить, что сегодня на территории Армении функционирует порядка 1400 предприятий с российским капиталом. Это миллиардные вложения в нашу экономику, начиная с энергетической сферы, заканчивая малым и средним предпринимательством и финансовым сектором. То есть первое, что мы отмечаем, — это диверсификация наших экономических связей, которая происходит в соответствии с высокими политическими договоренностями о том, что наши экономические связи должны соответствовать стратегическим партнерским отношениям между двумя странами. Очевидно, что в этом плане еще есть достаточно серьезный незадействованный потенциал, и наша задача заключается в том, чтобы выявить и реализовать этот потенциал во благо наших стран.

Повестка дня заседания Межправкомиссии тоже очень разнообразна, начиная от соглашений, которые регламентируют деятельность финансовых и надзорных органов, заканчивая конкретными инвестиционными проектами, которые осуществляются в Армении. На сегодняшний день нет ни одной сферы жизнедеятельности, которую бы мы не обсуждали.

Кризис многое подсказал нам, и отрадно, что мы очень согласованно реализуем наши реформы. Первая задача, которая стоит перед нами — это диверсификация наших экономик. Такую задачу сформулировали в правительстве Российской Федерации. Точно такая же задача стоит и перед нашей экономикой. В Российской Федерации это проблема того, что энергетический сектор превалирует в экспорте и необходимо реализовывать инновационные проекты. В экономике Армении основная проблема в высоком удельном весе строительства в ВНП, в результате чего спад в одной отрасли привел к очень существенным изменениям наших макроэкономических показателей. Очевидно, что диверсификация экономики актуальна и для нас. Наши партнерские отношения должны способствовать тому, чтобы мы сообща могли диверсифицировать структуры наших экономик. И мы предлагаем нашим коллегам новые инвестиционные проекты, которые могут быть интересны для них и которые будут способствовать инвестициям в новых отраслях.

В целом, мы довольны уровнем экономического сотрудничества между нашими странами. Наши антикризисные программы реализовывались в общей логике. Мы согласовывали наши антикризисные мероприятия во время встреч с нашими российскими коллегами. Логика наших реформ была понятна нашим российским коллегам. В том числе и нам была понятна логика антикризисных мероприятий, которые они реализовывали.

— Известно, что на заседании Межправкомиссии будет рассматриваться порядка 15 вопросов. На Ваш взгляд, насколько эффективна работа комиссии, как инструмента сотрудничества между Арменией и Россией?

— Это очень эффективный инструмент работы между правительствами, между двумя странами, и этот инструмент, как вы знаете, используется также в двухсторонних отношениях с нашими другими партнерами. Эффективность заключается в том, что мы имеем возможность обобщить проведенную за предыдущий этап работу; выявить существующие проблемы; обсудить проекты и договоренности, которые уже реализуются; а также те проекты, которые имеют определенные проблемы.

В повестку межправкомиссии мы включаем именно те вопросы, которые требуют дальнейшей проработки, согласования позиций. Мы систематически собираемся, наша повестка дня всегда наполнена очень интересными вопросами.

Все это, я думаю, свидетельствует, о том что Межправкомиссия — это работающий, реальный механизм координации деятельности, согласования позиций, подготовки договоров, соглашений и меморандумов. В целом, я очень высоко оцениваю деятельность, которую мы проводим с моим коллегой Игорем Левитиным, и его личный вклад в то, что наша Комиссия работает очень эффективно, на очень высоком уровне.

— Господин премьер-министр, есть мнение о том, что российские инвестиции в Армению высоко политически мотивированы. Как правило, называется именно сделка “активы за долги” и приводится мотивация, что, к сожалению, “воз и ныне там”, а инвестиционные обязательства слабо реализуются. В каком состоянии этот большой проект в русле этой сделки, и когда можно ждать серьезных подвижек в этом вопросе?

— Есть инвестиционные проекты, которые реализуются очень быстро. Есть инвестиционные проекты, которые реализуются очень медленно. И это объективно.

Те проекты, которые связаны с заводом “Марс”, растянулись во времени, потому что мы работаем над поиском инновационной модели — от создания на территории завода “Марс” свободной экономической зоны, до формирования венчурного фонда и реализации инновационных проектов с участием армянской диаспоры и с привлечением акционерного капитала. То есть диспозиция нашего диалога достаточно широкая.

К сожалению, мировой финансовый кризис ударил по этому проекту. Некоторые инвестиционные компоненты мы вынуждены были отложить, потому что кризис внес свои корректировки.

Консультации между нашими сторонами идут уже более двух лет, и я надеюсь, что во время нашей екатеринбургской встречи будет более четко определено, что мы можем ожидать от наших российских коллег по инвестиционным проектам.

— Хотелось бы поинтересоваться, будет ли обсуждаться на заседании Межправкомиссии вопрос долгов “Наирита”? И в связи с предыдущим вопросом — одно уточнение. Пять предприятий, которые переданы российской стороне, находятся либо в собственности государства, либо полтора года назад переданы в управление частным компаниям. Не пытались ли Вы напомнить российской стороне, что ранее не исключалась возможность приватизации российскими частными компаниями? Тогда вопрос инвестиций и вопрос темпов, на мой взгляд, был бы совершенно другой.

— Поднятые вами вопросы обсуждаются на заседаниях Межправкомиссии и, в частности, второй вопрос. Он все время в повестке дня, и каждый раз выдвигается какая-то новая гипотеза реализации инвестиционных проектов. Приватизировать это имущество, или отдавать в трастовое управление, либо отдавать оператору — это, конечно же, дело наших российских коллег, и мы сегодня работаем с группой “АФК “Система”, которая взяла некоторые предприятия в оперативное управление. Те проекты на базе “Марса”, о которых я говорил (инвестиционные, венчурные фонды и т.д.), мы обсуждаем как раз с ними. Они несколько раз приезжали со своими предложениями. Мы предлагали внести определенные доработки. То есть между нами сейчас идет живой диалог, и, конечно, этот вопрос, судя по списку участников с российской стороны, будет в повестке дня.

Также, я думаю, что мы обсудим предложение Межгосбанка относительно сотрудничества с Евразийским антикризисным фондом, с Евразийским банком по кредитованию завода “Наирит”.

— Господин премьер-министр, интересно узнать, насколько эффективно распределен кредит, предоставленный Россией, в какие сферы направляются и будут направлены эти средства и насколько сложно будет нам возвращать эти долги?

— Кредит состоит из трех частей. Первая часть — средства, которые направляются на восстановление зоны землетрясения. Это решение социальных проблем для семи тысяч семей, которые остались без крова после землетрясения. У нас было социальное обязательство перед нашими гражданами, что мы в течение четырех лет окончательно решим эту проблему. Благодаря российскому кредиту, мы эту проблему решим.

Вторая часть кредита — это средства, которые предоставляются предприятиям в соответствии с решением Правительства и соглашением, которое мы заключили с Центральным банком. Эти средства через коммерческие банки идут на кредитование предприятий, которые ориентированы на экспорт, стимулируют развитие туризма в Армении, заняты в сфере малого и среднего бизнеса. Перечень этих принципиальных направлений (информационные технологии, инновационные проекты) зафиксирован в нашем договоре с Центральным Банком, и кредитные ресурсы направляются через коммерческие банки этим предприятиям. То есть эта часть денег — вторая половина кредита — целиком и полностью будет ложиться на частный сектор, который потом будет возвращать эти кредиты.

Третья часть — это те средства, которые мы еще не реализовали. Они у нас в стабилизационном фонде, который мы создали в Центральном Банке, и могут быть использованы для реализации каких-либо государственных программ и проектов.

Большая часть кредита уже реализована. В 2011 году у нас намечено 17 млрд драмов из этих средств направить на завершение строительных работ в зоне землетрясения. Порядка 85 млрд драмов кредитных ресурсов через коммерческие банки у нас реализованы. Так что в целом мы считаем, что благодаря этому кредиту мы смогли вложить серьезные средства в строительный сектор и, тем самым, сгладить негативные последствия экономического кризиса.

Второе направление — это кредитные ресурсы, которые мы выделили через Центральный Банк предприятиям, что также стимулировало рост валового национального продукта и, в целом, обеспечило макроэкономическую стабильность. Благодаря российскому кредиту мы смогли восполнить государственную казну и преодолеть негативные последствия мирового финансового и экономического кризиса.

— А насколько сложно будет возвращать?

— Вы знаете, уровень внешнего долга по отношению к валовому национальному продукту не превышает 40%. Мы сокращаем бюджетный дефицит. В 2011 году он не будет превышать 4%. В 2010 году мы сэкономим достаточно много средств, и бюджетный дефицит у нас будет на 2% ниже запланированной цифры. Наш внешний долг считается ниже среднего уровня тяжести, и, если мы выдержим эти макроэкономические показатели, то у нас сложится более мягкая ситуация с внешним долгом. У нас нет и не будет никаких проблем с обслуживанием долга. Потому что это в основном льготные долгосрочные кредиты с низкими процентными ставками, и эти цифры таковы, что мы в полной мере в состоянии справиться с нашим внешним долгом. Более того, мы предполагаем привлечение новых внешних заемных средств из Всемирного банка и Азиатского банка. Мы будем привлекать новые кредитные ресурсы для реализации таких масштабных проектов, как, например, строительство скоростной дороги Север — Юг.

— У меня такой вопрос, хотя он уже, как бы, прозвучал, но хотелось бы Ваше внимание остановить на конкретных вводах предприятий, которые были переданы в счет долга. Конкретно меня интересует, что с “Марсом”, потому что что-то подписывалось, но конкретно мы не знаем. И что случилось с НИИ математических машин?

— С ними ничего не случилось. Институт продолжает свою работу, имеет заказы, реализует свои проекты, сотрудничает с государственным сектором. Наши коллеги думают о консолидации функций, которые реализуются в этих институтах, о различных схемах оптимизации тех предприятий, которые они получили в управление.

Что касается “Марса”, я уже говорил, мы сейчас работаем над созданием свободной экономической зоны на базе этого завода, создания венчурного капитала — это была идея наших российских коллег, и эти вопросы сейчас прорабатываются. Они (“АФК “Система” — прим. ред.) нам представили проект, который предполагают реализовать на базе завода “Марс”. Общий объем инвестиций, который они предполагали осуществить, был порядка 200 млн долларов. Но у нас были определенные вопросы, связанные с тем, насколько целесообразно осуществлять эти проекты в свободной экономической зоне. Потому что некоторые проекты были вполне конкурентоспособны с теми предприятиями, которые функционируют сегодня на территории Армении. Поэтому наша постановка вопроса следующая: если мы создаем свободную экономическую зону, то она должна иметь четкую направленность, а именно, это должны быть инновационные проекты, которые стимулируют развитие каких-то новых секторов и т.д. В этом аспекте у нас есть дискуссия с нашими российскими коллегами. Но работа идет, и мы надеемся, что итог ее будет успешным.

— Господин премьер-министр, в каком состоянии переговоры с российской стороной о поставках российского газа, и будет ли на Межправкомиссии вестись беседа о тарифах на этот газ?

— На сегодняшний день у нас нет в повестке такого вопроса, и у нас нет переговоров относительно изменения тарифов на газ.

— Господин премьер-министр, Москва инициирует создание Таможенного союза с Беларусью и Казахстаном. Какова наша позиция в этом вопросе, и вообще, каковы перспективы предполагаемого или не предполагаемого участия Армении?

— Мы несколько раз освещали этот вопрос. Если происходят интеграционные процессы между экономиками Беларуси, России и Казахстана, то естественно, что необходимо создавать более благоприятную среду для бизнеса. Наилучшая среда — это когда нет таможенных барьеров, когда они функционируют в едином экономическом пространстве. Это очень облегчает дело: товарные потоки легко пересекают границы между двумя странами, транзакционные расходы снижаются и, в целом, стимулируется интеграция между странами.

Что касается нашего участия в Таможенном союзе, мы изучили мировой опыт — там нет прецедента, чтобы страна, не имеющая общей границы, была бы в таможенном союзе. То есть с этой точки зрения, таможенный союз становится бессмысленным. Потому что, если необходимо осуществлять таможенное оформление товаров, пересекая третью страну, то смысл и эффект таможенного союза теряется. И поэтому, с экономической точки зрения, такой Таможенный союз нам ничего на самом деле не добавит. Тем более, что у нас действует соглашение о свободной торговле. То есть у нас нет никаких барьеров, мы спокойно поставляем нашу продукцию в Россию, наши российские коллеги — в Армению. Но все равно, все таможенные оформления необходимо делать, потому что они проходят через третьи страны.

Здесь необходимо найти другой модус, как осуществлять интеграционные процессы, не входя в единый таможенный союз. С этой точки зрения, нам интересно, как будет работать Калининградская область. Мы обсуждали этот вопрос с вице-премьером правительства РФ. Разработки, которые есть у наших российских коллег, исследования, которые они проводят, очень интересны для нас, и мы постоянно консультируемся на эту тему.

— Тигран Суренович, в июле, во время визита вице-премьера российского правительства Александра Жукова Вы обсуждали возможность участия армянских строительных компаний в строительстве олимпийских объектов в Сочи, а также поставок стройматериалов из Армении в Сочи. На какой стадии находится реализация этих договоренностей?

— Доступ на рынок для нас открыт. Осуществляются тендеры, в которых наши предприятия могут спокойно участвовать, и необходимо просто воспользоваться шансом, что осуществляются масштабные работы. Нашим предприятиям надо активно работать в этом плане. Наша Торговая палата проявила инициативу согласовывать действия частного сектора, находить для них интересные проекты, интересные предложения и стимулировать, чтобы наши предприятия могли бы заключать прямые договора на поставку стройматериалов, рабочей силы и т.д. То есть эта работа сейчас ведется уже на уровне предприятий, и наши российские коллеги, конечно же, заинтересованы в том, чтобы и армянские предприятия активно участвовали в этих работах.

— Межрегиональное сотрудничество между Арменией и Россией — одна из важнейших частей в общей картине сотрудничества. Сейчас Вы едете в Екатеринбург. В повестке дня мы видим названия Челябинска, Ростова и других российских регионов. Как развивается это сотрудничество? Каковы перспективы? И еще вопрос: каким образом Ваша концепция “Армянского мира”, участия диаспоры в развитии Армении, сопрягается с сотрудничеством на межрегиональном уровне?

— Я думаю, что инициатива президентов стимулировать контакты между регионами была очень своевременной и важной. Потому что на высоком уровне, в принципе, основные договоренности, правовая база уже выстроились, и сейчас необходимо всему этому придать конкретику. Эта конкретика появляется тогда, когда приезжают, скажем, губернаторы со своими конкретными вопросами, конкретными предложениями. Такая конкретная работа, мне кажется, дает очень серьезный результат. Мы лучше понимаем, какие возможности есть у наших российских коллег, они лучше понимают, какие у нас есть потребности, какую сельхозпродукцию мы можем им поставлять, по какой цене, по какой логистике все это довести до наших российских потребителей. Они реально себе представляют, что у нас здесь есть и какие совместные проекты можно реализовывать. И такое глубокое взаимопонимание на региональном уровне очень полезно как для наших марзпетов, так и для наших российских коллег.

Что касается концепции “Армянского мира”, то вы, наверное, заметили, что мы договорились с нашими российскими коллегами о том, что каждое новое заседание Межправкомиссии проходит не в Москве, а в российских регионах. Мы прошлую встречу организовали в Ярославской области, сейчас — в Екатеринбурге, третья встреча уже будет в другом регионе России.

Все эти наши встречи сопровождаются тем, что мы встречаемся с представителями местной армянской диаспоры. Это очень интересное и важное общение. Мы выявляем, чем они живут, какие проблемы их волнуют, как они видят нас со стороны, как мы оцениваем их деятельность, какие у них успехи, в чем они добились прогресса, в чем они уступают, как они интегрировались в российское общество, вопросы церкви, языка, школы и так далее. Все это очень интересно, и на самом деле оказывается, что регионы России в этом плане тоже имеют свою специфику: наши общины тоже отличаются друг от друга. Мы обязаны знать эту специфику. Эти контакты очень важны и для нас, и для наших соотечественников.

— Господин премьер-министр, что бы Вы могли сказать нового о российском участии в возведении новой атомной электростанции в Армении?

— Я думаю, что российская сторона будет одним из основных участников этого проекта. Договоренности на высоком уровне по этому поводу есть. Заказы уже размещаются, и мы придаем этому большое значение. Строительство нового блока атомной электростанции по новой технологии с участием российских, французских и американских коллег, говорит о том, что это будет атомная станция, которая соответствует лучшим современным стандартам. Вы знаете, что с этой точки зрения Российская Федерация является одной из ведущих держав в мире, очень успешно реализует такие проекты по всему миру. У нас есть очень хорошее взаимопонимание: мы говорим на одном и том же языке, у нас высококлассные специалисты, единая платформа, что очень важно, единая инфраструктура для реализации этого проекта. Я думаю, что это гарантия того, что этот проект будет реализовываться очень быстро и эффективно.

— В последнее время много говорится о необходимости модернизации экономики. Хотелось бы узнать, какие направления разрабатывает Правительство Армении в смысле модернизации и, на Ваш взгляд, готов ли финансовый сектор страны поддержать процесс модернизации экономики?

— Вообще, концепция модернизации российской экономики очень активно дискутируется в российской прессе, и идеи, которые выдвинул президент Российской Федерации, сегодня бурно обсуждаются на разных уровнях.

Наше видение армянской экономики мы, пока еще, не называем модернизацией.

Мы зафиксировали следующие основные тезисы. Первый — необходима диверсификация экономики. Второй — необходимо совершенствование бизнес-среды, инвестиционного климата, чтобы Армения была привлекательна, с точки зрения инвестиций. И третий — приоритетом во всем этом являются информационные и новые технологии. А если так, то значит, система образования является для нас приоритетным направлением.

То есть речь идет о создании экономики, которая основана на знаниях, и общества, которое также базируется на знаниях. Формулировка нашей концепции такова. Можно ли ее назвать модернизацией? Наверное, нет. Потому что есть огромное число предприятий, которые не имеет смысла модернизировать — от них просто надо отказаться. Их надо закрывать, а вместо них надо открывать новые предприятия в новых отраслях науки, техники. То есть в большей степени, я думаю, что это должны быть инвестиции в предприятия, основным сырьем которых являются знания и интеллект.

— Вы являетесь довольно активным блогером. Какие вопросы чаще всего задают Вам в Вашем блоге и какие вопросы Вами поднимаются? Вообще, как Вы оцениваете развитие блогосферы в Армении, что Вы можете сказать по этому поводу?

— Я думаю, что Интернет-сообщество сегодня уже превалирует над газетами, над традиционными СМИ, и это естественно. Тот проект, который мы реализуем сегодня, чтобы Интернет был более доступным: каждой семье по компьютеру, компьютеризация школ — это все, конечно, стимулирует, что у нас из года в год все больше блогеров и интернет-пользователей. Конечно, если человек заражается этой болезнью, то эта болезнь его захватывает и больше не отпускает: у человека, который входит в Интернет, уже времени нет читать газеты, потому что все эти новости он черпает из Интернета. Я не знаю, сколько это продлится, потому что появятся новые технологии, более современные, которые, очевидно, собой заменят Интернет. Они будут более привлекательными, более удобными, чем Интернет. Но в ближайшие 10 лет, я думаю, что Интернет будет превалировать с точки зрения получения информации.

Эти блоги дают возможность прямого контакта с тысячами блогеров, которых интересуют какие-то тезисы, которые вы выдвигаете на их обсуждение; у которых есть претензии, оценки, высказывания, и этот прямой контакт, конечно, очень важен. Я встречался с блогерами, которые посещают мой блог, у нас было живое общение. Конечно, они очень сильно отличаются, потому что они не являются представителями всей нации. Это очень специфическая группа сегодня, но по мере распространения Интернета, они тоже постепенно будут в большей степени отражать реальную картину общества. Но сегодня это не так. Это очень специфическая масса, очень интересная, со своим особым взглядом на мир, со своими оценками. То, что они обсуждают, не обсуждается в газетах, и то, что обсуждается в газетах, их не интересует. Есть такая специфика. Но с ними очень интереснно, у них интересные точки зрения, интересные позиции. Мне всегда очень интересно с ними общаться.

— Из того, что Вы говорили, и из того, что обсуждается вообще, видно, что наука становится основной темой жизни мира и, вероятно, армяно-российского сотрудничества — тоже. Вы упомянули, что Армения настаивает на том, что свободные экономические зоны должны основываться на инновационных проектах. Это сотрудничество имеет свое проявление и в виде Центра армяно-российского инновационного сотрудничества. Какова Ваша оценка, как оно развивается, и, главное, каковы темпы? Насколько мы быстро движемся в этом направлении?

— Прежде всего — это наши отношения с Объединенным институтом ядерных исследований в Дубне. Это прямые контакты, прямое общение. Это приезд российских ученых, их контакты с Институтом физики, на базе которого мы создали специальную лабораторию. В этом есть очень серьезный вклад наших российских коллег, и, если у нас будет прорыв, то это — благодаря двустороннему контакту Института физики и Центра ядерных исследований в Дубне. Это новый проект по ускорителю. Это инновационные проекты, которые мы сегодня с ними обсуждаем. Если будет один-два успешных проекта, то легче будет реализовать следующий десяток. Но самые сложные, конечно, — первые шаги. Мы надеемся, что с Дубной у нас получится.

— Тигран Суренович, если можно, такой обобщающий, может, эмоционально-философский вопрос накануне Вашего визита в Россию… Что для Вас Россия?

— На такой вопрос сразу и не ответишь. На самом деле — очень многое. Потому что это язык, это мировосприятие, это российская культура, это образование, которое я получил. Это менталитет и очень многое другое, которое уже в подсознании, потому что это среда, в которой я вырос: школа, в которую я ходил, институт, аспирантура, друзья, формирование личности… На самом деле — очень многое.

— Позвольте поблагодарить Вас, Тигран Суренович, за эту беседу и пожелать успехов в работе Межправительственной комиссии в Екатеринбурге. Спасибо.