Что показали конституционные реформы Турции

12-го сентября в Турции за конституционные реформы проголосовали 58% имеющих право голоса, а против – 42%. Электорат страны, составляющий 49.5 млн человек обеспечил 77 процентное участие в референдуме.

Это был первый референдум в Турции после военного переворота 1960 года.

Турковед Артак Шакарян считает, что безусловно он более демократичен и может способствовать интеграции с ЕС, однако проблематичным во взаимоотношениях между Турцией и ЕС была не плохая конституция, а, например, вопрос Кипра. “Турецкие войска находятся на территории ЕС, — говорит он, — и есть много других проблем, так что конституционные реформы и Армянский вопрос по шкале важности находятся не на высоких позициях.”

Согласно пакету конституционных реформ в Турции, в настоящее время будет действовать должность омбудсмена, сотрудники будут иметь право на забастовку, гражданских лиц не будут судить в военных судах, каждый человек будет иметь право на сохранение личной информации. Прежде на всех граждан было заведено досье, а спецслужбы занимались сбором информации.

Раньше турецкая полиция могла запретить любому человеку выехать из страны, будь то оппозиционный журналист или курдский политический деятель. “Если они видели, что человек за пределами страны может распространять идеи, которые могут нанести ущерб имиджу страны, то согласно конституции, они могли запретить ему покидать страну”, — говорит Шакарян, а сейчас могут запретить человеку уехать из Турции, только если подозревают в совершении преступления или против него заведено уголовное дело.”

Вместо 11 сотрудников Конституционный суд будет иметь 17 членов. Их будет назначать Национальное собрание и Президент, то есть власти будут иметь возможность влиять на решение суда. “Это существенные изменения, — говорит турковед, — за последние 30 лет как только на политической арене Турции появлялась неприятная политическая партия, она сразу же закрывалась по решению конституционного суда. Теперь для решения суда нужно собрать две трети голосов то есть голоса 12 человек, что крайне трудно.”

Согласно новому пакету, даже если будет принято решение о прекращении деятельности той или иной партии, то оно не будет распространяться на членов партии, потому что на следующий день они смогут создать партию под другим названием. Ранее, политическая элита партии, прекратившей по решению суда свою деятельность, была лишена в ближайшие 5 лет права заниматься политической деятельностью.

Шакарян говорит, что до начала 2000 года Турцией де-факто управлял Генеральный штаб. “Существовал Совет безопасности, решения которого были обязательными для правительства.”

Основные копенгагенские критерии ЕС требуют разделения армии от властей, и более 50 процентов членов Совета стали гражданскими лицами, а его решения стали носить рекомендательный характер.

Вечером 12 сентября, когда результаты референдума были известны, ряд турецких общественных и правозащитных организаций обратились в Генеральную прокуратуру с требованием судебного преследования бывшего президента Турции Кенана Энвера, который являлся организатором военного переворота в 1980 году. Правозащитники заявили, что по этой причине Турция на много лет отстала в вопросах демократии, и он должен ответить за это перед законом.

В 70-ых Кенан Энвер был главой Генерального штаба вооруженных сил Турции, и 12 сентября 1980 г. под его руководством военные свергли правительство Сулеймана Демирела. Ему теперь 93 года. После переворота в 1982 году была принята конституция, удобная для военных властей, которая действовала до сих пор, и защищала участников переворота.

Голосование в ряде провинций Турции проходило в напряженной атмосфере: горели автомобили, происходили столкновения между демонстрантами и полицией, были аресты.

Турецкая газета “Радикал” писала, что в восточных и юго-восточных провинциях Турции последователи Рабочей партии Курдистана (РПК)  в черных масках устраивали беспорядки с целью помешать  референдуму.

По мнению турковеда Мелконяна, оппозиционная курдская партия “Мир и Демократия” призывала к бойкоту, потому что в случае голосования “за” партия стала бы проправительственной, а “против”, получилось бы, что она на стороне кемалистов.

В некоторых населенных курдами провинциях участие в референдуме составило 7 процентов, но, например, в Муше их участие было большим, а в целом участие курдов было около 50 процентов.

Проправительственная курдская масса в партии Эрдогана “Справедливость и развитие” представлена 30 процентами, тогда как оппозиционные курды в Меджлисе имеют 20 представителей в общей сложности из 550 депутатов.

Эрдоган заявил, что новые поправки увеличивают президентские полномочия. Мелконян не исключает возможности того, что в предстоящем 2011 году после парламентских выборов в Турции, где партия Эрдогана будет принимать участие, в случае победы, Меджлис пойдет на такие изменения процедуры президентских выборов, чтобы народ избирал президента, а не Меджлис, как это происходит сейчас. “Так как Эрдоган заявил, что в последний раз принимает участие в парламентских выборах, предполагается, что он был в 2012 году будет баллотироваться на пост президента.”

Шакарян также склонен считать, что референдум является шагом на пути к султанизации, и Эрдоган пытается изменить статус государства и стать султаном нашего времени.