Почему Армения ужесточила позицию и почему на Турцию было оказано давление в Цюрихе

Интересы США и России

Резкая критика, прозвучавшая в ходе встреч президента Саргсяна с Диаспорой, сопротивление Дашнакцутюн и других политических сил подписанию армяно-турецких Протоколов помогли президенту предельно ужесточить свои позиции на внешнеполитическом поле. Это проявилось в трех важнейших событиях.

1. Вечером 8 октября в Кишиневе во время продлившейся 3 с половиной часа встречи с президентом Азербайджана. В отличие от заявлений армянской стороны и сопредседателей, азербайджанская сторона сразу по возвращению в Баку выразила недовольство переговорами, назвав их неконструктивными. А если Баку заявляет о неконструктивности, это относится только к Армении. Следовательно, в реальности это говорит о бескопромиссности позиции Армении.

2. Обращение президента Армении к армянскому народу 10 октября, в день подписания Протоколов, в котором были развито периодически озвученное в ходе панармянского турне требование к Турции признать и осудить Геноцид армян.

Президент также пригрозил прибегнуть к международному праву в случае, если Турция в разумные сроки не ратифицирует Протоколы и после этого не выполнит в установленные сроки все положения документов или нарушит их в будущем. Это заявление, показав, что Турция не заинтересована в ратификации Протоколов, нейтрализует заявление Эродогана от 5 октября о том, что Протоколы будут подписаны, если Армения не внесет в них изменения, преследующее цель показать, что Протоколы не исходят из интересов Армении, а Турция, дескать, желает их незамедлительного подписания.

3. За четкими и жесткими заявлениями президента последовало уверенное поведение армянской делегации в Цюрихе.

Дипломатический источник, попросивший не называть его имени, сообщил, что в предусмотренном после подписания Протоколов трехминутном выступлении министр ИД Турции Давутоглу намеревался коснуться проблемы Нагорного Карабаха. Налбандян потребовал, чтобы Давутоглу убрал из текста своего выступления тезис о Карабахе. Одновременно Хиллари Клинтон попросила Эдварда Налбандяна не упомиинать в своем выступлении Геноцид армян.

Предполагается, что если бы Налбандян озвучил свой тезис о признании и осуждении Геноцида армян Турцией, последовало бы в каком-либо формате возражение турецкого министра (или члена турецкой делегации), вследствие чего в отношении турецкого дипломата было бы возбуждено уголовное дело: отрицание Геноцида армян считается в Швейцарии уголовным преступлением. Налбандян категорически воспротивился требованию снять из текста своего выступления упоминание о Геноциде армян. Единственное, что оставалось сделать Клинтон, — выполнить требование Налбандяна и путем нажима на Давутоглу заставить его убрать из своего текста тезис о Карабахе. Источник отмечает, что все присутствовавшие на церемонии министры ИД, особенно – российский министр Лавров в этот момент поддержали требование Налбандяна.

Давутоглу по телефону связался с Эрдоганом, затем сообщил, что они не могут убрать этот тезис и предложил в качестве компромисса вообще отказаться от выступлений, что и было сделано.

Все это показало, насколько важно для США и России открытие армяно-турецкой границы.

Соединенные Штаты не пытались скрыть своей заинтересованности. В статье “Соперничество между США и Россией и армяно-турецкая граница” мы уже отмечали заинтересованность США в открытии границы, однако упустили еще одну политико-экономическую выгоду, о которой стало известно 10 октября. Пожелавший остаться неизвестным высокопоставленный американский чиновник – член делегации США в Цюрихе объявил: “Мы, безусловно, готовы поддержать двусторонний диалог и помочь минимизировать имеющиеся между ними разногласия”, — добавив, что “США заинтересованы в открытых границах, что создаст новый прямой путь для поставок в Афганистан. Он также отметил, что вследствие русско-грузинской войны и закрытых границ Армения оказалась в относительной изоляции.

Фактически США намекают на свои планы по вовлечению Армении в региональные проекты, стремление отрезать страну от России, а также амбициозное намерение сделать Армению участницей своей афганской кампании.

Так, 7 октября в Ростове-на Дону, комментируя мнение о том, что, дескать, нормализация армяно-турецких отношений, возможно, преследует цель отдалить Армению от России, Серж Саргсян заявил: “Армяно-российское военное сотрудничество развивается с широким размахом, в том числе – в рамках ОДКБ. А в ближайшем будущем, я думаю, вы станете свидетелем таких развитий, которые положат конец сомнениям даже самых недоверчивых”.

После чего была подтверждена весть о встрече Саргсян-Медведев 12 октября, которая состоялась по инициативе последнего.

После подписания Протоколов министр ИД России Лавров заявил о том, что Россия искренне рада этому событию и отметил, что они готовы наладить

железнодорожное сообщение между двумя странами, добавив, что “Россия готова содействовать этому процессу, реализуя перспективные программы сотрудничества с Арменией и Россией в первую очередь – в сфере энергетики и коммуникаций”.

Указанные Лавровым “перспективные программы” и обещанные Саргсяном “предстоящие развития” дают основание полагать, что именно в ближайшем будущем возможно, будет зафиксирован перелом в формате Армения-Россия-Турция. Это может быть, к примеру, упоминание о реэксплуатации железной дороги Карс-Гюмри.

Восстановление железнодорожного сообщения Карс-Гюмри, действительно, наиболее реальный проект, который возможен в контексте армяно-турецких отношений. А поскольку Россия управляет Армянской железной дорогой, это непосредственно исходит из ее интересов. Тем самым Россия изолирует Грузию, а Азербайджан впервые останется в стороне от региональных проектов, поскольку рентабельность проекта железной дороги Карс-Ахалкалаки-Баку будет поставлена под серьезное сомнение.

Учитывая угрозу железнодорожной изоляции, МИД Азербайджана сразу выступил с официальным заявлением, в котором, в частности, говорится:

“Нормализация отношений между Арменией и Турцией до вывода армянских войск с “оккупированных территорий Азербайджана” (кавычки наши – ред) противоречит национальным интересам Азербайджана и бросает тень на братские отношения Азербайджана и Турции, зиждящиеся на глубоких исторических корнях”. В заявлении отмечается также, что “учитывая важность открытия всех границ и коммуникаций в регионе, Азербайджан считает, что открытие армяно-турецкой границы в одностороннем порядке ставит под сомнение региональный мир и стабильность”.

Фактически заявления Эрдогана о предусловиях и усилия Давутоглу заявить в Цюрихе о своей позиции в вопросе Карабаха, целью которых была попытка смягчить недовольство Баку, не увенчались успехом.

Тем самым становится ясно, что армяно-турецкие и армяно-азербайджанские отношения разделены друг от друга.