Геноцид – это капитал, который должен заставить Турцию открыть границу

“Я против открытия границы с Турцией”.

“Если ты против открытия границы, значит, ты хочешь, чтобы Карабах остался в составе Азербайджана”.

Мой друг удивился – как же так? Как можно думать такое, ведь националистическая Дашнакцутюн борется за независимость Карабаха, более того, за воссоединение, и именно эта партия против парафированных армяно-турецких Протоколов.

Объясню.

Армения и Азербайджан находятся в состоянии холодной войны и победит тот, чья экономика будет более развитой, чей бюджет будет больше, армия — более боеспособной и вооруженной, кто сформирует более эффективную современную систему. В этом противостоянии у Азербайджана имеются многочисленные союзники – это тюркоязычные страны и преследующие нефтяные интересы крупные державы. А самый мощный союзник – Турция — даже не союзник, а уже брат, старший брат. Открытие границы решает два вопроса: экономика Армении получает возможность ускоренного развития, а сближение с Турцией смягчает ее позицию в Карабахском вопросе.

Когда я сказал, что хочу открытия границы, удивилась и другая моя подруга. Спросила: мол, чего ты хочешь? О Карабахе я уже не стал распространяться, сказал, что хочу сесть в поезд и поехать искупаться в озере Ван, хочу, не натыкаясь на стену, дойти до подножья Масиса, хочу получить визу у моста Мастары и вступить в страну, где жили мои прадеды.

А другой мой друг, почти не интересующийся политикой, спросил, мол, что, Серж продает наш “генацид”?, тебе лучше знать, объясни, что происходит.

Я ответил: “ Я изложу свою позицию, прочтешь в “Анках”.

Первый – музыкант, второй – компьютерщик, увлеченные своей профессией и далекие от политики люди, подобно тысячам армян, выступают против установления отношений с Турцией — тем самым зверем, что вырезал наших предков, а сейчас без покаяния хочет установить с нами отношения? Я понимаю их, но рад тому, что представляющие эту точку зрения политические силы не решают судеб страны.

Немного лучше разбирающиеся в политике и придерживающиеся в этом вопросе продашнакской позиции силы — такие, как “Наследие” и Вардан Осканян, считают неприемлемым тот пункт, согласно которому Армения и Турция признают границы друг друга, потому что это означает отказ от земель. Раффи Ованнисян заявил в парламенте, что это означает лишение родины. В качестве примера приводят Японию и Россию, которые не признали границ друг друга, но имеют дипотношения. Да, Япония и Россия – ну и что, будем сравнивать страну-члена “большой семерки” и ядерную державу с противостоянием члена G20 — 70-миллионной Турции — и бедной 3-миллионной Армении? Несравнимо? Значит, признание границы – это тот компромисс, в результате которого граница может быть открыта. В случае непризнания получаешь что – Ван и Ардаган? Естественно, нет – только закрытую границу.

Есть и более серьезные аргументы против парафированных Протоколов.

Главный среди них состоит в том, что хотя в Протоколах и нет предусловий, но турецкий премьер Эрдоган, каждый раз заявляя о том, что, дескать, не откроет границу до тех пор, пока не урегулирован Карабахский вопрос и армянские войска не выведены с территории Азербайджана, ставит тем самым предусловие. А крупные державы — США и Россия, будучи заинтересованными в открытии границы, пойдут на поводу у Турции и заставят Армению пойти на уступки в вопросе Карабаха. Этой позиции придерживаются в основном Вардан Осканян и 7or.am. И хотя эти заявления направлены на смягчение гнева Азербайджана, тем не менее, озабоченность обоснована.

А что же делать, чтобы граница открылась – ведь каждый здравомыслящий армянин понимает, что нам это очень нужно? Отвечаю: пока Армения слаба и экономически отстала, не является фактором в регионе, Турция, не открывая границу, постоянно будет заставлять нас идти на компромиссы, в частности, в вопросе Карабаха. Открытие границы на взаимовыгодных условиях созреет тогда, когда Армения станет демократической страной, власть будет отделена от бизнеса, исчезнет монополия в экономике, экономика будет открытой и благодаря конкуренции начнет быстро развиваться, возрастет бюджет и страна станет региональным фактором. В этом случае Армения может сесть за один стол с Турцией как партнер, имеющий собственные интересы.

Теоретически непререкаемая концепция. А практически?

Сказка о демократической Армении в ближайшие годы неосуществима и пока не виден младший сын короля, который отрубит голову дракону и тем самым освободит тот источник экономического развития Армении, который перекрыт монопольной олигархической системой.

Сегодня претендовать на приход к власти в Армении могут две оппозиционные силы: Конгресс во главе с Левоном Тер-Петросяном и новоформирующаяся сила в лице Дашнакцутюн, Вардана Осканяна, за которыми стоит и возглавляет их Роберт Кочарян.

Первый – Тер-Петросян является основателем той системы, которая не позволяет экономике Армении быстро развиваться. Именно АОД монополизировал власть и разделил источники дохода между власть имущими. Вот лишь один пример-повод для напоминания:

При Тер-Петросяне и по его воле в середине 90-ых был создан АрменТел, 49% акций которого без какого-либо договора об инвестициях были проданы зарегистрированной в оффшорной зоне острова Джерси компании TVT. Имя владельца TVT правительство держит в секрете, но ходило множество вполне обоснованных слухов о том, что она принадлежит близкому другу ЛТП – бывшему министру связи и транспорта Григору Похпатяну. АрменТел получил монополию в сфере связи и по решению правительства от 97 года в феврале 98-го года 90% акций компании были проданы греческой компании OTE. Правительство сохранило только 10% акций. От этой сделки TVT получила около 85 миллионов долларов, которые осели в карманах ближайшего окружения Тер-Петросяна.

В результате монополии АрменТел интернет в Армении стал одним из самых, если не самым — дорогим и некачественным.

Способами зарабатывания денег для режима ЛТП были торговля, импорт и вывоз заграницу станков и оборудования советских заводов в качестве лома. Эту систему можно характеризовать одним определением: экономика торговцев ломом. Следовательно, приход к власти этой силы не только не приведет к развитию экономики, а приведет к перераспределению экономики между бывшими продавцами лома, в результате чего будут разрушены мало-мальски действующие предприятия.

Преемник ЛТП Роберт Кочарян продолжил эту политику, также поставив на службу себе и своему окружению унаследованную олигархическую систему, в которой заниматься бизнесом возможно только под крышей власти. Этот режим произвел некоторое перераспределение в экономике, сохранив крупный и отчасти средний бизнес в зависимости от власти и открыв более свободное поле для мелкого. Но, в отличие от деструктивного хозяйствования предшественника, начал проводить более инициативную и созидательную линию и развивать производство. Его союзница Дашнакцутюн, став частью власти, погрязла в коррупции до такой степени, что присвоила даже средства, программы помощи сиротам. За это бывшего министра по социальным вопросам Агвана Варданяна и других своих министров АРФД не только не наказала, но даже включила в состав Бюро партии.

Следовательно, обе эти силы коррумпированы, не являются сторонниками открытой экономической системы и не способны обеспечить взлет экономики Армении.

Сегодня эту систему унаследовал Серж Саргсян, который посредством налогов давит на мелкий и средний бизнес и, посылая налоговых инспекторов на крупные предприятия, пытается надавить на олигархов. Оппоненты такой экономической политики утверждают, что ее цель – перераспределение экономики ударом молота (так считает редактор сайта 7or.am Андраник Теванян). А сторонники говорят, что целью является выведение тени в налоговое поле (обозреватель “Ноян Тапан” Арутюн Хачатрян). Какая из сторон права – сказать сейчас трудно, но если предположить, что Серж Саргсян стремится освободиться от власти олигархов, это ему в ближайшее время не удастся. Олигархи обладают такой весомой государственной властью, что ни один президент не может не считаться с этим.

Значит, ждать, что Армения станет Сингапуром, ее политико-экономическая система будет обновлена посредством смены власти снизу или реформами – иллюзия.

Значит, надо по возможности быстро открывать границу. Бюджет Азербайджана в пять раз превышает бюджет Армении и ожидается, что только от продажи энергоресурсов в ближайшее время Баку начнет получать ежегодно около 5 млрд долларов прибыли. И если наступит момент, когда Азербайджан станет несравнимо сильнее Армении, противостоять этому преимуществами открытой границы с Турцией станет сложнее.

Вместо экономики нашим капиталом становится Геноцид.

В последние годы многие страны использовали геноцид в своих интересах. Европейские страны во главе с Францией признали Геноцид армян, тем самым возведя еще одну преграду на пути Турции в Евросоюз. США использовали вопрос Геноцида для смягчения политики Турции против иракских курдов, а Израиль грозит Турции признанием Геноцида всякий раз, когда их отношения обостряются. Множество государств используют кости прадедов армян в своих интересах, в результате чего угрозы международного признания Геноцида армян стали одной из главных головных болей Турции.

Кампания по международному признанию Геноцида, внесенная Кочаряном в повестку внешней политики, сегодня превратилась в капитал, который Армения может использовать в переговорах с Турцией (политика признания Геноцида сработала бы эффективнее, будучи начата в 1993 году, когда Турция закрыла границу с Арменией). И впервые кости наших предков могут послужить не чужим, а нашим интересам.

Комиссия историков и есть использование этого капитала, что Левон Тер-Петросян называет отречением от Геноцида. Власти не говорят об этом, но я скажу: да, это компромисс в отношении Турции, цель которого – заморозить процесс признания Геноцида и получить взамен открытую границу. С началом “футбольной дипломатии” ни одна страна не признала Геноцид. Контекст состоит в том, что когда вопрос геноцида обсуждают совершивший геноцид и его жертва, признание третьей стороны теряет свою ценность. То есть, если армяне и турки создают историческую комиссию, угроза признания геноцида со стороны Израиля более не является оружием и работает слабее.

Вместе с тем, эта комиссия дает возможность получения выгоды не только турками, но и армянами. Как отмечает Ваан Диланян в статье “Новый этап в армяно-турецком диалоге”, “В случае реализации двух этих Протоколов возможность признания и осуждения Геноцида со стороны Турции станет ближе. Большая часть населения Турции не признает Геноцида армян, поскольку не верит, что их предки могли совершить такое.

В атмосфере общего доверия и в ходе работы межправительственной комиссии Турция, скорее всего, начнет информировать общественность о Геноциде армян, тем самым подготавливая почву для его признания”.

Таким образом, это то поле, в котором армянские эксперты совместно с иностранными получат возможность изучить архивы Турции, извлечь, как отмечает редактор газеты “Азг” Аветикян, из этих архивов документы-свидетельства собственности армян, поднять вопрос компенсации и в итоге поставить перед Турцией такие проблемы, что она встанет перед вопросом признания Геноцида армян. Не смогут, нет специалистов? Значит, это вынудит всерьез озаботиться реформами системы образования.

Не являются ли признаком закомлексованности слабого тревоги Дашнакцутюн и других по поводу этой комиссии, которым кажется, что историки, объединившись в комиссию, зарегистрируют очередное поражение, доказав, что Геноцида не было? Как любая комиссия по поводу Луны не может поставить под сомнение само существование Луны, так и любая историческая комиссия не может стереть из истории 1915 год.

А вопрос международного признания Геноцида армян в ближайшие годы ничего для Армении не может решить, кроме торговли с Турцией. Противники открытия границы объявляют, что аморально использовать в политике вопрос Геноцида, но выступают за “самое аморальное”, когда его используют чужие.

Если представить армянских и турецких дипломатов торгующимися за столом, подобно торговцам, то самый выгодный на данный момент вариант – я замораживаю процесс международного признания Геноцида армян, ты открываешь границу. Комиссия историков и есть это замораживание.

Заметив, что вопрос исторической комиссии как-то проглочен и и процесс признания Геноцида заморожен, осознавая, насколько необходимо Армении открытие границы, Турция атакует, поднимая на сей раз вопрос Карабаха. До сих пор Армении никак не удавалось нейтрализовать это устное предусловие.

В статье “Заявления турецкой стороны и слабая сторона внешней политики Армении” Ваан Диланян пишет:

“Для того, чтобы сбалансировать и нейтрализовать эту политику Турции, занять на международной арене позицию нового качества, а также развеять царящую внутри страны и в Диаспоре неопределенность, Армения должна вести в отношении Турции адекватный курс.

Почему бы какой-либо из официальных структур (например, премьеру) не заявить следующее: «Армения установит отношения с Турцией только в том случае, когда Турция признает Геноцид армян», или «Армения продолжит нормализацию отношений с Турцией только в том случае, когда Азербайджан признает независимость Нагорного Карабаха», … «когда Азербайджан откажется от претензий на территории НКР» и наряду с этими заявлениями продолжать вести диалог с Турцией?”.

Политическая элита Армении пока еще неспособна на подобное распределение ролей и на то, чтобы использовать любое высказывание для пиара на международной арене. Слабо выражена и скоординированная с Диаспорой политика, благодаря которой стало бы возможно путем лоббинга вновь ввести в американский Конгресс вопрос признания Геноцида. Именно это стало бы самым эффективным ответом устному предусловию Турции.

Акции протеста, организованные в ходе панармянского турне Сержа Саргсяна, стали тем противодействием, которое было необходимо в ответ на заявления Эрдогана. Пошел ли Саргсян на умышленную провокацию, чтобы вновь заострить вопрос Геноцида – не знаю, но то, что произошло, дало результат. Саргсян, невольно приняв ярлыки “предателя” и “отрекающегося”, взял на себя удары Диаспоры, поднятый шум от которых, как и телефонный звонок Обамы с выражением поддержки и подтверждением того, что граница должна открыться без предусловий, стали ответом на заявления Эрдогана.

Заявление Саргсяна о том, что он нуждается в поддержке Диаспоры, сбалансировало заявления Эрдогана. Эта поддержка и демонстрация того, что Армения и Диаспора не разъдинены и взаимосвязанными шагами всегда могут чинить препятствия на пути Турции в Евросоюз, заставили Турцию понервничать. Лучшим проявлением этого стали слова Гюля: “Будучи вдали, армянская Диаспора не должна мешать урегулированию региональных проблем”, а также Эрдогана – о том, что Армения не должна становиться заложником Диаспоры.

Ответ на эти высказывания уже есть: Азербайджане не должен препятстствовать региональной стабильности и Турция не должна позволять себе становиться заложником Азербайджана.

Таким образом, поднятая дашнаками волна против парафированных Протоколов еще больше способствовала открытию границы.