Победа консервативной девушки: кризис для дистрибьютора – временный спад

Став одним из звеньев сетевого маркетинга “Орифлейм”, я преодолела свой собственный психологический кризис и за короткий срок приобрела жилье. Семь лет назад я начала с нуля, и сегодняшний финансовый кризис, хотя и сократил в три раза мои доходы, но особого беспокойства не причиняет.

А первым мне помог Леонид Якубович со своим “Полем чудес”, когда я – тогда еще школьница – с завистью наблюдала за тем, как Якубович подает заветную команду “Орифлейм” – в студию!” и победителю вручается корзина с набором натуральной шведской косметики.

На самом деле все началось тогда, когда у меня открылись глаза и я поняла, что не могу приспособиться к окружающей меня реальности. Просто потом “Орифлейм” стал связующим мостиком между мной и окружающим миром.

Как обычная армянская девушка, я выросла с осознанием необходимости найти свое место на кухне и рядом с подходящим мужчиной. Я должна была ходить по улице с опущенной головой и не смотреть по сторонам – решение своей судьбы было не в моих руках, а значит, мне незачем было смотреть. Вот так, не оглядываясь по сторонам, закончила школу и поступила в университет, прошла сквозь мрачные и холодные годы, жила Карабахом, пережила “Утраченные иллюзии” Бальзака, не встретила подходящего мужчину и нашла свое место на кухне отцовского дома. И когда я решила поднять, наконец, голову и обследовать окружающий мир, заметила новое явление – сетевой маркетинг.

Это метод реализации товара путем прямой продажи, когда потребитель покупает товар не в магазине, а непосредственно от производителя – при помощи посредника, именуемого дистрибьютором. Такой метод продажи избавляет производителя от множества проблем, связанных с затратами по реализации и предоставляет возможность направлять эти средства на повышение качества, а также выплачивать высокие проценты дистрибьюторам.

Деньги тут можно заработать двумя способами. Покупаешь продукцию фирмы по внутренней цене и продаешь по цене, указанной в каталоге. Кроме того, за вовлечение в бизнес новых людей тебе платит фирма. И, в зависимости от маркетингового плана фирмы, ты можешь заработать в месяц от тысячи драмов до нескольких тысяч долларов.

Cегодня любой дистрибьютор скажет вам, что школа фирмы по производству пищевых добавок “Вижн” – это потолок.

“Делай или говори то, чего боишься, — учит Сона из “Вижн”, — а в конце посмотри в глаза собеседнику и замолчи. Кто заговорит первым – тот проиграл”.

“Внешность, улыбка, чистая обувь, способность общаться и слушать: самый удачливый человек – тот, кто полностью откажется от негативных мыслей”, — вокруг подобных тем мне пришлось выслушать множество лекций и – слушать, записывать, мысленно повторять.

И началась бешеная гонка. Я составила списки людей – знакомых и незнакомых, из центра занятости, звонки, встречи. И однажды, когда я предлагала одной девушке “Вижн”, она дала мне каталог, на котором было написано “Орифлейм”. Посмотрела в глаза этой девушке – и в мозгу из глубин памяти вспыхнула команда “Орифлейм – в студию!”.

Это стало началом конца — конца моей старой жизни. Шел февраль 2002-го. Вооруженная школой “Вижн” и косметикой “Орифлейм”, я начала шагать с высоко поднятой головой.

И обнаружила, что никакой окружающей действительности нет. Есть внедренный комментарий к действительности. Нет и истины – есть внедренный комментарий к истине. Но ты можешь создать реальность и истину со своим комментарием, свой мир и самого себя.

И моим первым камнем в картине окружающего мира стал “Орифлейм”.

Мнея учили ставить перед собой ближние и дальние цели и стремиться к Солнцу, чтобы достичь хотя бы Луны. И мне захотелось иметь собственную квартиру. Захотелось!

Цель, как правило, пишут на большом листе бумаги и прикрепляют на видном месте. Чтобы не произвести на домашних и близких впечатление сумасшедшей, я записала свою цель на последней странице тетради и частенько прочитывала. Запись гласила: “Хочу иметь квартиру. До конца 2003г.”.

Ричард Бах говорит: “Утверждая, что чего-то не можешь, ты сам себя лишаешь всемогущества”.

Я инвестировала в “Орифлейм” 300 долларов из своих сбережений. Взяла помаду, духи, ночные и дневные кремы, жидкости для умывания.

Все говорили мне: “Анна, ты никогда не продашь помаду за 1500 драмов или духи за 8 000. У людей нет денег даже на хлеб…”. Вспомнила Сервера Чумакова из “Вижн”: “Мне говорят, что я не могу, а я спрашиваю – а ты хочешь?. Желающий ищет возможность, нежелающий – причину”.

“Орифлейм” стал для меня образом жизни. Несколько лет я посвящала этому почти весь мой день.

Моим первым дистрибьютором стала Гаянэ, которая и по сей день со мной. Потом появились тетя Нора, Нушик, Гоар, Софья…

Я обнаружила саму себя в роли учителя. “Не решай за другого! Предложи, а он пусть решает сам”, — говорила своим дистрибьюторам.

Наряду с возведением собственной сети я занималась и продажами. Продавала много – стала ходячим магазинчиком. Носила объемистую сумку, содержание которой могло бы удовлетворить самого взыскательного покупателя. Продавала кому угодно – знакомым, родственникам, друзьям, соседям, соседям подруг. Могла где-то, якобы случайно, достать каталог и демонстративно что-то смотреть. Это сразу привлекало внимание. Или специально что-то где-то забывала, чтобы иметь повод снова заглянуть туда. Продавала в соответствии с царищим в Армении принципом “авось” и за счет этого покупатели становились постоянными клиентами или заключали со мной контракт.

Благодаря этому увеличился мой товарооборот, разрослась и сеть. Если в 2002-ом у меня было 4-5 дистрибьюторов и я зарабатывала около 100 долларов, то в конце 2004-ого в сеть входило уже 40-50 человек и мой среднемесячный доход колебался между 120 000-150 000 драмов.

Я купила квартиру. Конечно, не в 2003-м, а весной 2004-го, но купила. В то время она стоила 4 450 долларов. Вот это настоящее чудо!

Мой “Орифлейм” тоже попал в жернова кризиса и доходы упали до смешной цифры – 25 000 драмов. Но ничего – и не такие кризисы преодолевали!