Гарлах: неприкасаемые армянской армии

Один солдат проиграл сослуживцу 300 долларов. Собираясь вернуть долг, он падает он в туалете, а с ним и три сотенные. Кредитор узнает об этом, идет и забирает сверху лежащие купюры, а нижнюю, что прилипла к дну, не трогает. Нижняя уже – «гарлах».

Это слово взято из турецкого, означает – грязный, испорченный, презренный. В армянской армии гарлах – тот же презренный и в частях есть территории, прикоснувшись к которым, можно самому стать презренным.
Понятие гарлаха пришло в армию из бытующих в тюрьме законов преступного мира. В армянской армии бывали случаи, когда такие территории были обнесены лентой, да еще и устанавливали там табличку – «презренные».

Территории гарлах — это места, которые какое-то время использовались для отправления естественных нужд, где под деревом мочились либо отправляли большую нужду. Действующий туалет – тоже территория гарлах. Здесь можно ходить, но брать что-либо – табу. Гарлах – это прикосновение к своему или чужому дерьму или к чему-либо, соотносящемуся с дерьмом.

Если кто-то возьмет что-либо на территории гарлах, он сам становится гарлахом и в части воспринимается именно в таком качестве. Никто к нему не прикасается, никто с ним не ест, словно сам солдат считается территорией гарлах и на нем висит табличка «презренный». Была даже такая шутка: если упадешь в нужник и не встанешь, значит, ты – гарлах.

Но если на территории гарлах падает какая-либо святыня – фото или письмо матери, отца, сестры, брата, любимой девушки, жены, ребенка – хозяин обязан поднять его и в этом случае он не считается гарлахом — наоборот, если не возьмет, его поступок будут считать святотатством.

В свое время обязанность чистить туалет лежала на войске и это было западло. Конечно, не все в части чистили туалет, на это дело отряжали г-ков (пассивных голубых, которым во время секса отводилась роль женщины) либо попавшихся на воровстве солдат. Те, кто чистили, считались гарлахами. Чтобы решить эту проблему, Министерство обороны приняло решение о том, что чистить туалеты должны гражданские.

Тем не менее, территории гарлах все еще остаются (там, где солдаты поставили нужники) и их чистка не входит в обязанности гражданских. В нашей части солдаты давали чистившему туалеты гражданскому Гаво мыло, зубную пасту или деньги, чтобы он убирал и эти территории. Гаво был низеньким старичком ростом в полтора метра, которого как гарлаха не касались, но любили и уважали, и солдаты частенько собирались вокруг него послушать его истории.

Есть части, где вопрос гарлаха стоит очень строго и даже прикосновение к крану считается гарлах.

Непонятно – является ли баня гарлахом или нет. Во многих частях если мыло падает на пол, то его нельзя брать – гарлах. Но понятие гарлаха тоже развивается. В частях, подобных нашей, оно вообще исчезло и когда из другой части к нам приходили солдаты и во время бани у них из рук падало мыло, они не знали – как быть и оглядывались по сторонам. Тогда один из нашей части поднимал мыло, демонстративно намыливался сам и отдавал владельцу. Этот символический жест означал, что у нас это не «тема». Вот так — в каждой части своя «цивилизация».

Тем не менее, на дверях туалета были следы дерьма и никто не знал, кто это сделал. Было лишь ясно, что рядом с тобой живут множество гарлахов, которые, однако, сами подтираются руками.

Гарлах действует только на территории части. Доказательством тому служил тот факт, что многие авторитетные солдаты по окончании службы пожимали Гаво руку, а некоторые даже обнимали и целовали его на прощание.